Дорого яичко

Что появилось раньше – курица или яйцо? В случае с шедеврами ювелира Фаберже и то и другое появилось одновременно. «Продукты» разбираются, как несъедобные пасхальные яйца превратились в национальное достояние – и остаются им.

22 Сентября 2016, 19:45
Thumb 12015440 10204070672840988 1719073258 o 1024 2

   текст: САША ДВАНОВА 

 

В сущности, Карл Фаберже не изобрел ничего нового. Традиция дарить домочадцам, друзьям, начальству и прочим дорогим людям сувенирную версию пасхальных яиц в Российской империи существовала давным-давно. Впрочем, не только в Российской империи и не только давным-давно – кое-где она дожила до наших дней. Французы, например, до сих пор дарят друг другу праздничные яйца из шоколада. Детям рассказывают, что их к празднику доставляют церковные колокола, которые специально для этого в предпасхальную субботу улетают в Рим, чтобы получить сладкие яйца непосредственно из рук понтифика. А взрослые тем временем наслаждаются изысканными экземплярами – за несколько недель до Пасхи яйца появляются во всех без исключения конфисериях: и люксовых, и веганских, и тех, которые существовали еще при Второй империи. Или, во всяком случае, в те времена, когда – в 1900 году – Карл Фаберже получал звание мастера Парижской гильдии ювелиров, а заодно и награду кавалера ордена Почетного легиона. Эта инсигния – белый эмалевый крест в золотом обрамлении – выглядит скромным ответом на подарки, которые первые аристократы Европы получали от самого Фаберже.  Не напрямую, конечно: Фаберже, будучи ювелиром Его Императорского Величества, изготавливал свои знаменитые драгоценные «писанки» для российского царя, а тот преподносил их своим многочисленным сиятельным родственникам.


Самое первое изготовленное Петером Карлом Густавом Фаберже яичко было домашним подарком. И оно было действительно скромным. На светлый праздник Пасхи 1885 года императрица Мария Федоровна получила от своего августейшего супруга, Александра III, милый сюрприз – тяжеловесное яйцо, покрытое белой матовой эмалью, которое разнималось надвое, обнаруживая сидящую внутри золотую наседку, удивленно глядящую на императрицу глазками из натуральных рубинов. Первое яйцо Фаберже так и называлось – «Курочка», но на курочке спрятанные в нем сюрпризы не заканчивались. Хвост птицы открывал шарнирный механизм – и на свет являлись еще два ювелирных изделия: миниатюрная копия императорской короны и рубиновый кулон на цепочке. Строго говоря, они-то и были пасхальным подарком, а курочка, заточенная в эмалированную золотую скорлупу, была всего лишь эффектной упаковкой. Но прошло время, кулон и корона бесследно сгинули, а яйцо-упаковка стало ни больше ни меньше чем национальным символом. И пережило и императорскую фамилию, и своего создателя, став началом еще одной – недолгой, но яркой – традиции.
Всего яиц с клеймом великого мастера было 71. Из них до нашего времени дожили 62. Впрочем, знатоки, коллекционеры и музейщики надеются, что остальные тоже не пропали бесследно. Исчезнувшие яйца Фаберже иногда находятся – и истории таких находок могут тянуть если не на голливудский сценарий, то на краткий пересказ литературного бестселлера.


Вот, например, в начале 2014 года сумевший сохранить анонимность скупщик драгоценностей из американской провинции обнаружил одно из яиц Фаберже… на своей собственной кухне. Там оно лежало, дожидаясь своего звездного часа, целых десять лет – с тех самых пор, когда мужчина приобрел его на одном из фли-маркетов Среднего Запада за 15 тысяч долларов. По прошествии десяти лет американец решил перепродать драгоценное яйцо с часами на переплавку (всё-таки предмет из золота и довольно массивный), но покупатель решил, что цена слишком высока. Неудачливый продавец открыл яйцо, нашел на находящихся внутри часах клеймо Vacheron Constantin, ввел его в поисковую строку Google, не забыв добавить слово «egg», и буквально потерял дар речи. 


До этой минуты он никак не мог подумать, что пылившаяся на его кухне целый десяток лет штуковина – самое настоящее яйцо Фаберже. И стоит оно не 15 тысяч, а 33 с лишним миллиона долларов. Истинную стоимость исчезнувшей драгоценности анонимному спекулянту помог установить Кайеран Маккарти, признанный эксперт по ювелирным изделиям. Когда тот озвучил вероятную цену, счастливый обладатель был просто шокирован. «Он абсолютно из другого мира. Это мир закусочных и дальнобойщиков, настоящая трудовая Америка», – рассказывал тогда журналистам на камеру Маккарти, живописуя, как перекупщик ценностей со Среднего Запада внезапно соприкоснулся с миром великолепных балов, императорских дворцов, блеска… Увы, утраченного – как и некоторые драгоценные яйца, изготовленные в мастерских Карла Фаберже.


Это нашедшееся в Америке – буквально in the middle of nowhere – яйцо датировано 1887 годом, оно считается одним из ранних, примерно третьим по счету. Его тоже в свое время получила в подарок к Пасхе Мария Федоровна и, возможно, тоже увезла в своем багаже в эмиграцию. Хотя считается, что таким путем из революционной России спаслось только яйцо «Георгиевское» 1916 года, последний пасхальный подарок с клеймом Фаберже, полученный тогда уже вдовствующей императрицей. Клеймо Фаберже на яйцах совершенно не означает, что над ними корпел сам Кар Густавович. Хоть он и был талантливым и неординарным ювелиром, он предпочитал роль, как бы сказали сейчас, арт-директора. Формулировал идеи, наметки – и таким образом давал возможность появиться на свет шедеврам. А работали над ними ювелиры его мастерской.


Взять, например, яйцо «Транссибирская магистраль», преподнесенное на Пасху в 1900 году следующей императрице, Александре Федоровне; ювелиром, изготовившим эту изящную коробочку-сюрприз, внутри которой прячется миниатюрный драгоценный поезд, значится Михаил Перхин. Этот человек с удивительной биографией наверняка был бы известен всем, если бы в России интересовались настоящими историями успеха. История его жизни – практически история Левши, только не выдуманного, метафорически-собирательного, а самого настоящего. Перхин родился в крестьянской семье в Олонецкой губернии и в конце концов стал главным ювелиром дома Фаберже, оказавшись более тонким и искусным мастером, чем все, кто работал на Карла Фаберже. Во всяком случае, именно его рук дело – «Коронационное», одно из самых изящных и «сложносочиненных» яиц, изготовленное в 1897 году, к годовщине коронации последнего российского императора. 

 

 

Это то самое яйцо, которое «едет» к зрителю в миниатюрной карете – между прочим, точной копии всамделишной кареты, в которой публика во время коронации лицезрела императрицу. Это то самое яйцо, которое крали дважды – правда, оба раза только в кино: в одной из серий «Бондианы» и в приключениях «12 друзей Оушена» (кстати, копия яйца, «снимавшаяся» в этом фильме, – и сама по себе настоящее сокровище, обошедшееся продюсеру фильма в 4 тысячи долларов). И вероятно, это то самое яйцо, которое «отпечаталось» в дальнейшей истории российского декоративно-прикладного искусства, в той ее части, которая в середине XX столетия писалась в мастерских и цехах Ленинградского фарфорового завода. 


Этот отпечаток, правда, не более чем гипотеза, однако ритм пересекающихся линий «Коронационного» прочитывается в знаменитом узоре «кобальтовая сетка» куда ярче и внятнее, чем в напоминаниях о заклеенных в блокаду ленинградских окон или о пересекающихся в тревожном ночном небе лучах прожекторов. Или о той сети, которая была накинута для маскировки на броненосец «Свирепый», стоявший в блокаду на пристани недалеко от завода. Нет, хоть кобальтовая сетка и была придумана в 1944-м, в разгар войны, в стройном ритме синих линий и легкомысленных золотых то ли бантов, то ли жуков трудно увидеть что-то тревожное, голодное, военное. Скорее уж, создательница иконического орнамента ленинградская художница Анна Яцкевич готовила свои торжественные сервизы для того, чтобы встретить будущий триумф, воспроизводя легкий торжественный ритм, родившийся здесь же, на берегах Невы.


Фаберже и его мастерская использовали этот ритм не однажды. Кроме «Коронационного», он задает тон поверхности одного из самых узнаваемых произведений ювелирного дома Фаберже, изготовленного в 1907 году для Александры Федоровны, – «Яйца с решеткой и розами». Нежно-зеленое изящное яичко, на поверхности которого «цветут» бледные розы с вьющимися по строгой, геометричной решетке-шпалере листьями, тоже успело побывать героем захватывающей истории. Конфискованное большевиками среди сокровищ царской фамилии, в 1920 году оно «всплыло» в Париже – у русского эмигранта Александра Половцова, а через десять лет перекочевало в США, где и находится до сих пор – в  художественном музее Уолтерса. В его легкомысленном узоре проступает та самая геометрия линий, претендующая, возможно, на то, чтобы называться кристаллической решеткой российской истории. Или даже чего-то большего.


В яйцах Фаберже переплетается всё то, что приходит обычно на ум всякому иностранцу, едва стоит произнести слово «Russia». Необузданное стремление блеснуть роскошью, сияние далекого прошлого, большие свершения и революция. Многие из этих яиц – оммаж событиям прошлого и настоящего. Здесь и кулибинский «Павлин», и уже упомянутый Транссиб, и Красный Крест, скрывавший ширму с портретами императрицы и великих княжон в косынках сестер милосердия; оно создано в 1915-м, во время Первой мировой. И наконец, тревожные сумерки на поверхности одного из последних яиц, созданного в 1917-м, накануне катастрофы, оно так и называется –  «Сумеречное». Возможно, Карлу Фаберже потому удалось сложить настолько узнаваемый и легко прочитываемый иностранцами образ России, что он и сам был иностранцем – хоть и основательно обрусевшим. 

 

Оставьте свой комментарий

Яйцо

Thumb  nev4895 1024 1

Золотые яйца

Александр Гурьян из Санкт-Петербурга 4 года занимается продажей домашних яиц. Рентабельность его бизнеса составляет 60 %, а убытков практически не бывает. О том, как сделать домашний бизнес на куриных яйцах, он рассказал «Продуктам».

Дорого яичко

Thumb 12015440 10204070672840988 1719073258 o 1024 2

Что появилось раньше – курица или яйцо? В случае с шедеврами ювелира Фаберже и то и другое появилось одновременно. «Продукты» разбираются, как несъедобные пасхальные яйца превратились в национальное достояние – и остаются им.

Польша – заграница, а курица – птица

%d0%b6%d0%b5%d1%82%d0%be%d0%ba

Почему за польской индейкой стоят очереди в Германии и как расшифровать маркировку на яйцах из «Бедронки»?

Яйцо по-европейски

Pzsxo5jy9ss

Птицефабрика: перерождение. Закономерное качество

Видео

  1. Отдыхай как русский

  2. Star Wars

  3. ooн

  4. KALININGRAD - 2018 FIFA World Cup™ Host City